23 >

недостаточно,  и  если  стрессор сильный  (тяжелые ожоги,  крайне  высокие и
крайне низкие температуры), может наступить смерть.
     Б,  Фаза   сопротивления.  Если   действие   стрессора   совместимо  
с
возможностями  адаптации,  организм  сопротивляется  ему.  Признаки  реакции
тревоги практически исчезают, уровень сопротивления поднимается  значительно
выше обычного.
     В. Фаза истощения.  После длительного действия  стрессора,  к 
которому
органики  приспособился, постепенно истощаются запасы адаптационной энергии.
Вновь появляются  признаки  реакции тревоги,  но  теперь  они необратимы,  и
индивид погибает.
     кровотечения  и  другие  стрессоры  могут  быть  переносимы  в  течение
ограниченного  срока.   После   первоначальной  реакции   тревоги   организм
адаптируется  и  оказывает  сопротивление, причем продолжительность  периода
сопротивления зависит от  врожденной приспособляемости  организма и  от силы
стрессора. В конце концов, наступает истощение.
     Мы до сих пор  точно не знаем, что именно  истощается,  но ясно, что не
только запасы  калорий: ведь в период  сопротивления продолжается нормальный
прием  пищи.  Поскольку   наступила  адаптация,  а  энергетические   ресурсы
поступают  в  неограниченном  количестве, можно  ожидать,  что сопротивление
будет  продолжаться  как  угодно  долго.  Но  подобно неодушевленной машине,
которая  постепенно  изнашивается даже без  дефицита  топлива,  человеческая
машина тоже становится жертвой износа и амортизации. Эти три фазы напоминают
стадии  человеческой  жизни:  детство  (с  присущей  этому  возрасту  низкой
сопротивляемостью и чрезмерными реакциями на  раздражители), зрелость (когда
происходит  адаптация  к  наиболее   частым  воздействиям  и   увеличивается
сопротивляемость)  и  старость (с необратимой  потерей  приспособляемости  и
постепенным одряхлением), заканчивающаяся  смертью.  Подробней  поговорим об
этом позже, когда коснемся стресса и старения.
     Хотя у нас  и  нет строгого научного метода для измерения адаптационной
энергии, эксперименты  на лабораторных животных убеждают, что способность  к
адаптации не  безгранична.  Наши  запасы адаптационной  энергии  сравнимы  с
унаследованным богатством: можно  брать  со своего счета, но  нельзя  делать
дополнительные вклады. Можно безрассудно расточать и проматывать способность
к  адаптации, "жечь свечу  с  обоих концов", а  можно научиться  растягивать
запас  надолго, расходуя  его мудро  и бережливо,  с  наибольшей  пользой  и

Следующая

23 >