2 >

     Эта небольшая теоретическая книга готовилась очень долго, но и сейчас я
не  могу  считать  ее  законченной  -  слишком  многое  осталось  в  ней  не
эксплицированным,  только   намеченным.   Почему   я  все   же   решился  ее
опубликовать? Замечу сразу: только не из любви к теоретизированию.
     Попытки  разобраться в методологических проблемах психологической науки
всегда  порождались  настоятельной потребностью в теоретических  ориентирах,
без которых конкретные исследования неизбежно остаются близорукими.
     Вот уже почти столетие, как  мировая психология развивается  в условиях
кризиса  ее  методологии.  Расколовшись  в  свое  время  на  гуманитарную  и
естественнонаучную, описательную и  объяснительную, система  психологических
знаний  дает все новые и  новые трещины, в  которых кажется  исчезающим  сам
предмет   психологии.   Происходит  его   редукция,   нередко   прикрываемая
необходимостью   развивать   междисциплинарные   исследования.  Порой   даже
раздаются голоса, открыто  призывающие  в психологию  "варягов":  "придите и
княжите  нами".  Парадокс  состоит в  том,  что  вопреки  всем теоретическим
трудностям  во всем мире  сейчас наблюдается чрезвычайное ускорение развития
психологических исследований  -  под  прямым давлением требований  жизни.  В
результате   противоречие   между   громадностью   фактического   материала,
скрупулезно   накапливаемого    психологией   в    превосходно    оснащенных
лабораториях,  и  жалким  состоянием  ее  теоретического,  методологического
фундамента еще более  обострилось. Небрежение и  скепсис  в  отношении общей
теории  психики, распространение фактологизма и сциентизма, характерные  для
современной американской  психологии  (и не только для нее!), стали барьером
на пути исследования капитальных психологических проблем.
     Нетрудно   увидеть  связь  между  этим  явлением  и  разочарованностью,
вызванной   не  оправдавшимися  претензиями  главных   западноевропейских  и
американских направлений произвести в психологии долгожданную  теоретическую
революцию.  Когда  родился бихевиоризм, заговорили  о спичке, поднесенной  к
бочке   с   порохом;   затем   стало  казаться,  что   не   бихевиоризм,   а
гештальт-психология   открыла   генеральный   принцип,   способный   вывести
психологическую науку  из  тупика,  в  который  ее  завел  элементаристский,
"атомистический"  анализ;  наконец,  у очень многих  закружилась  голова  от
фрейдизма,  якобы  нашедшего  в  бессознательном  ту  точку  опоры,  которая

Следующая

2 >